Как встречают освобожденных из плена в Украине?

Источник:  www.segodnya.ua  /  10:19, 18 Января 2018

Выжить и вернуться. Они не до конца верят в случившееся, но уже выходят на работу и помогают другим бойцам

После масштабного обмена пленными перед Новым годом в заложниках у боевиков остаются еще 104 человека. На сегодня, 18 января, запланирован новый обмен списками между двумя сторонами, после чего стартует очередной виток переговоров об освобождении. Об их возможном проведении заявила вице-спикер Верховной Рады Ирина Геращенко. 

Напомним, в конце декабря с оккупированных территорий были освобождены 73 украинца. Этот обмен стал самым массовым в 2017 году.

Как рассказали "Сегодня" в СБУ, ему предшествовало немало проблем. Например, часть преступников, запрашиваемых на освобождение боевиками, не захотели возвращаться обратно.

 

"Эксперты согласились объехать те места, где находятся люди, совершившие преступления против целостности Украины, но теперь не желающие возвращаться в "республики". Тех, кто не захотел возвращаться в "ЛДНР", оказалось несколько десятков", — рассказали нам в спецслужбе.

Всего за все время конфликта из плена боевиков уже освобождено более 3000 украинцев. Некоторым из тех, кто еще томится в плену, требуется медпомощь. Среди заложников, оказавшихся узниками после начала конфликта на Донбассе, более 30 находятся в России. Один из них, активист Николай Карпюк, в заложниках дольше всех остальных — с марта 2014 года. Он был задержан на админгранице с Крымом, его обвинили в участии в чеченской войне, и российский суд дал ему 22,5 года тюрьмы. Украинские силовики уточняют, что работают над вопросом освобождения всех, кто оказался в заложниках.

"Сегодня" поговорила с освобожденными из плена украинцами. Они и их родные признались, что в первые дни не могли привыкнуть, что плен позади, что можно спокойно спать и заниматься обыденными делами. Некоторые из освобожденных говорят, что адаптироваться нелегко, поэтому намеренно избегают публичности и хотят поначалу научиться жить по-новому — без пыток и угроз.

"Щипает, чтобы поверить в счастье"

Украинский военный из Харьковской области Андрей Бессараб пробыл в плену у боевиков "ДНР" почти два года. Как рассказала нам его жена Наталья, Андрей, уехав в зону боевых действий, по стечению обстоятельств ошибочно заехал на территорию, контролируемую врагом. Так и оказался в плену. Он был освобожден в конце декабря в рамках обмена пленными.

Зная о том, что к освобождению приложило усилия духовенство УПЦ, в первых числах января Наталья приехала поблагодарить Блаженнейшего Онуфрия.

 

"Первые часы после освобождения Андрей хотел даже себя щипать, чтобы лишний раз убедиться, что все это не сон, что он дома, — рассказала "Сегодня" Наталья Бессараб.  — Первое время ко мне подходили наши дети и спрашивали: так, мол, мамочка, а правда ли, что все закончилось? На это я им отвечала, что, конечно, все уже позади. Первое, что мы сделали вместе, на следующее утро после освобождения пошли к родителям мужа. Затем поехали к моим родителям, к брату".

Она добавила, что по возвращении муж рассказал, что, несмотря на все сложности, верил в счастливое завершение. Ведь был случай, когда обмен пленными, в том числе и ее мужа, сорвался. Это произошло в преддверии 2017 года. Причин срыва обмена этой семье тогда не объяснили.

 

"Теперь хотим с мужем наверстать упущенное, заняться семьей, детьми и, возможно, отправиться в путешествие", — резюмировала Наталья.

new_image4_427

Жена военного. Наталья ждала мужа почти два года

Киборг: вновь на службе

Один из бывших пленников, чье имя было долгое время на слуху, — защитник донецкого аэропорта Олег Кузьминых. Сейчас, спустя три года после освобождения, он продолжает служить Украине. Правда, о месте своей службы и роде деятельности Олег, как человек военный, не распространяется.

Он говорит, что в памяти еще живы воспоминания о плене. Напомним, Олег  — один из тех героев-киборгов, над которыми в первые часы после захвата издевался боевик Гиви, позже видеозапись этих пыток была выложена в интернете. Его и других бойцов боевики вывели на улицы Донецка, публично обвинив в обстреле мирных кварталов и троллейбуса с пассажирами в одном из спальных районов города.

 

"90 дней из 124 я провел в одиночной камере размером метр на два", — поделился с "Сегодня" своими воспоминаниями Олег.

Сразу после освобождения он организовал со своим братом Сергеем специальный фонд, который помогает украинским бойцам, пострадавшим в зоне боев на Донбассе. Эта помощь стала своеобразной благодарностью братьев Кузьминых за ту колоссальную поддержку, которую совершенно незнакомые люди оказали их семье во время пленения Олега.

new_image3_502

Кузьминых. После плена снова помогает бойцам. Фото: hvylya.net

Гражданские: много проблем

Бывший житель Макеевки пастор Сергей Косяк в 2014 году попал в плен "ДНР" после доноса одного из своих друзей. Но, как ни парадоксально, был освобожден спустя день после вмешательства другого своего друга.

Сейчас Сергей пытается помочь тем, кто был освобожден в рамках обмена. И рассказывает, что после того, как на днях съездил проведать в больнице освобожденных, понял, что у этих людей — обычных гражданских, чьи имена не на слуху, — проблем намного больше, чем перспектив.

 

"Все они жители Донецкой и Луганской областей, были арестованы по доносам и разным обвинениям, начиная от шпионажа до организации диверсионных групп. Сроки у всех разные, некоторые сидели с лета 2014 года",  — написал Сергей на своей странице в соцсети.

И добавил.

 

"Многие из них остались без дома, средств к существованию, с подорванным здоровьем и нарушенной психикой. На свободных территориях у некоторых есть родственники, но принимать в своих домах освобожденных не готовы. В застенках бывало разное, однозначно всех били и унижали в разной степени. Если женщины, да еще молодые и симпатичные, то сами понимаете, что делали там с ними. Короче, психологические травмы у ребят на всю жизнь".

По его словам, сейчас волонтеры озадачены тем, чтобы обуть и одеть всех этих людей, оказавшихся, по сути, один на один со своими проблемами.

Игорь Козловский: "Молитва и йога мне помогли выжить в плену"

Освобожденный из плена украинский ученый с мировым именем рассказал нам о том, что ему помогло выжить в заточении у боевиков, о ностальгии жителей Донбасса по мирной жизни и о том, что нужно сделать, чтобы освободить всех пленных

new_image_590

Путь к свободе. Почти два года Украина добивалась освобождения Игоря Козловского. Фото: president.gov.ua

Имя: Игорь Козловский

Ро­дил­ся: 16 февраля 1954 г. в Донецке

Карьера: глава департамента религии в Донецкой ОГА, глава Центра религиеведческих исследований

Всю жизнь прожил в Донецке, в 1980 году окончил с отличием исторический факультет Донецкого университета. Кандидат исторических наук. 

В конце 80-х занимался возрождением казачества. В 1997—2001 годах  — избирался на долждность заместителя Главного отамана Кальмиусской Паланки Укранского казачествапо вопросам религии и духовности со звание казачьего полковника. Однако основное направление Козловского — религиеведение. Свою трудовую деятельность он начинал с Донецкого облисполкома, затем стал руководить отделом по делам религий в Донецкой облгосадминистрации. Автор более 50 научных работ, 200 статей в словарях и энциклопедиях, известен на весь мир. 

За свою проукраинскую позицию Козловский два года провел в плену у боевиков, после того как на него поступил донос в "правоохранительные" органы самопровозглашенной "ДНР". Был освобожден только в конце декабря прошлого года в рамках обмена пленными.

— Игорь Анатольевич, расскажите, как вы попали в плен? Говорят, что вы просто не успели, хотя и планировали выехать из оккупированного Донецка? 

— Начну с того, что в Донецке я остался из-за того, что необходимо было ухаживать за болеющим сыном. Планировал, что мы уедем из города позже, ориентировочно весной 2016-го, ведь его (сына) транспортировка была достаточно сложной по состоянию здоровья. Меня задержали на улице среди бела дня, когда я вышел из дома по хозяйственным делам и вынести мусор. Меня уже ждали. Сказали, что приглашают всего лишь на беседу, которая продлится минут 20, не более. Но, как оказалось, эти двадцать минут растянулись на долгих два года. Задержали меня в начале 2016-го. Потом в моем жилье начались обыски, но они уже проходили без меня (после доноса неустановленных лиц Козловскому пытались инкриминировать хранение оружия. — Авт.). Сын, к счастью, сейчас тоже в Киеве.

— Вас пытали?

— Когда меня бросили в "подвал" "МГБ" (Министерство государственной безопасности у боевиков. — Авт.), то на голову надели мешок и начали так называемое дознание с избиением.

— Где вас держали большую часть времени? Что можете сказать о тех надзирателях, которых вы видели воочию? Что это за люди, как они относились к вам?

— Основную часть времени меня держали в Донецке, только последние полгода перед освобождением провел в Горловской колонии. А что касается надзирателей, то там разные люди. Например, те, кто просто не смог найти другой работы. Они просто делали то, что им сказали.

— А те мирные жители Донбасса, которые не выехали и остались? Что о них можете сказать?

— Несомненно, большинство из них с ностальгией вспоминают о тех временах, которые были до всех этих событий, до войны. Я и сам наблюдал эту печальную картину — Донецк с его некогда многолюдными улицами превратился в город-призрак.

— Есть что-то, что вам помогало выжить и не сломаться в плену?

— Конечно! Молитва! Наши духовные внутренние разговоры с невидимым были очень важны. Это сильнейшая опора. Кроме того, я занимался йогой. Причем каждый день — духовные практики, которые способствуют целостности человека, а йога в том числе, очень помогают в экстремальных ситуациях. Они укрепляют тело и дух, духовно и физически, поддерживать себя психологически. Йогой я занимаюсь с 1959 года.

— Некоторые из освобожденных рассказывали, что боевики запугивали их, рассказывали, мол, что на мирной территории пленники никому не нужны. Вам предлагали остаться там и работать на "ДНР"?

— Нет. Меня никто никогда там не убеждал в чем-то подобном. Все прекрасно знали о моей позиции, поэтому подобных попыток не предпринимали. Кроме того, ко мне время от времени поступала информация, что Украина борется за меня и мое освобождение. Я никогда не был ведомым человеком, скорее  — ведущим, поэтому повлиять психологически на меня сложно.

— Расскажите, каким был день, когда вы узнали о том, что вас освободят?

— Об освобождении узнали 25 декабря. Каждому, кто должен быть освобожден, сказали об этом. Люди находились в разных местах. Кто-то в колонии, кто-то в СИЗО, кто-то в "подвалах". И уже на следующий день всех начали свозить в СИЗО Донецка.

— Какие настроения вы заметили у представителей "ДНР"?

— Вы знаете, есть абсолютно разные. Есть и упаднические, есть и противоположные.

— Какие ощущения вас переполняли в первые минуты после освобождения?

— Чувство счастья от того, что дышу свободой, что наслаждаюсь ею. Теперь я знаю ее запах. А больше всего после освобождения хотелось поскорее увидеть родных, других мыслей и желаний в тот момент не было. И когда наконец это случилось — это и было настоящее счастье!

— На ваш взгляд, что эффективнее поможет завершить войну на Донбассе — сила или дипломатия?

— Факторов возникновения этого явления (войны. — Авт.) очень много, столько же факторов есть и для ее прекращения. Нужно работать сообща. В данном случае говорю о совместных усилиях Украины и международной общественности. Нужно работать в Нормандском формате, сотрудничать с США. Но и наша сила, Украины, — должна расти, и ее нужно показывать. Несомненно, это очень важно. Но опять же, нужно понимать, что мы заложники этой ситуации. Поэтому нельзя применять силу просто так  — если мы так сделаем, то нас просто могут не понять на международной арене. И мы можем лишиться этой поддержки и остаться в одиночестве.

— Как считаете, какие шаги должна сделать власть в первую очередь, чтобы быстрее освободить оставшихся пленников?

— Универсального средства, которое бы помогло освободить, — нет. Все это очень непредсказуемо. Чем настойчивее мы просим освободить того или иного человека, тем больше он, так сказать, поднимается в цене. Поэтому здесь нужна тонкая работа дипломатов и помощь международных партнеров.

— Скажите, после того, как восстановите силы после двухлетнего плена, чем планируете заняться?

— Планов немало. Например, очень хочу вернуться к преподавательской деятельности. Также есть предложение работы в Институте философии НАН Украины. Кроме того, я продолжаю работать со своим Центром религиеведческих исследований и международных духовных отношений. Планов — громадье.

Напомним, в день предновогоднего масштабного обмена множество людей ожидали освобожденных пленников в аэропорту.

Наверх